Трудно поверить, но величайшим открытием в лингвистике нашего времени человечество обязано... Наполеону Бонапарту.

Знаменитый полководец был человеком умным, уважавшим науку и учёных, поэтому в свою египетскую экспедицию он решил взять не только 38 тысяч солдат, но и 200 художников и учёных. Пока солдаты воевали, учёные должны были изучать древние памятники, оставшиеся от некогда великой цивилизации Древнего Египта. И хотя экспедиция провалилась и Египет Наполеон не завоевал, учёные сделали своё дело: Северная Африка перестала быть таинственной страной, за исключением одной загадки – загадки египетских иероглифов. Помог случай.

...В августе 1799 года во время земляных работ вблизи города Розетта солдат наполеоновской армии наткнулся на плиту чёрного базальта, покрытую какими-то надписями. На камне было три текста. Вверху текст был записан иероглифами – «священными» знаками, посередине – на каком-то неизвестном языке – «туземными» буквами, а внизу – по-древнегречески. Только эти последние – «эллинские» – буквы и смогли прочитать учёные, так как древнегреческий язык в то время хорошо знали все образованные люди. Все три надписи сообщали одно и то же: прославляли египетского царя Птолемея. По-видимому, жрецы хотели рассказать об этом всему миру и поэтому обращались к людям трёх разных национальностей на трёх известных им языках. Справедливо предположив, что перед ними три варианта одного и того же текста (иначе говоря – трилингва), учёные поняли, что у них оказался ключ к дешифровке иероглифического письма.

Весть о находке быстро облетела Европу и подогрела азарт исследователей: каждый хотел первым расшифровать таинственные надписи. Однако, как ни бились учёные, ничего у них не получалось.

Но вот в 1802 году копию с надписи Розеттского камня случайно увидел один одиннадцатилетний мальчик. Звали его Жан Франсуа Шампольон. Словно зачарованный, рассматривает он иероглифы, высеченные на каменной плите. «Можно это прочесть?» – спрашивает он у знаменитого физика и математика Фурье – участника египетской экспедиции. Фурье отрицательно качает головой. И тогда маленький Жан с уверенностью говорит: «Я прочту это, когда вырасту!» С этого времени мальчик просто «заболел» иероглифами и ни о чём другом думать уже не мог.

Поставив перед собой цель, Шампольон ни на шаг не отклонился от намеченного пути. К 13 годам он выучил не только латынь и греческий, но и ряд древневосточных языков, в том числе коптский язык – потомок древнеегипетского, ведь в коптском могли сохраниться какие-то древние египетские слова. Однако до славы было ещё очень и очень далеко. Прошло долгих двадцать лет, прежде чем Шампольон сумел прочитать первые тексты, написанные иероглифами.

Как же удалось учёному сделать то, что до него не удавалось никому? Шампольон был особенным, необычным человеком. Кроме необыкновенной одарённости, проявившейся у него с раннего детства, он обладал одним особенно ценным для учёного качеством – отсутствием косности мышления. До Шампольона многие думали, что иероглифы – это знаки для передачи слов и понятий. Число различных знаков может достигать нескольких тысяч, а потому расшифровать загадочные письмена практически невозможно – таков был вывод учёного мира. К счастью, совершенно неверный.

Среди иероглифов Розеттского камня Шампольон нашёл имена египетского царя Птолемея и царицы Клеопатры (они были заключены в особые овалы – картуши).
Всё дело в этих именах. И не потому, что они царские, а потому, что собственные. А собственные имена звучат на чужом языке примерно так же, как и на родном. Значит, делает вывод учёный, такие имена должны передаваться не иероглифами-понятиями, а иероглифами-буквами! Таково было первое открытие юного гения.

Сравнив записи различных имён, сделанные иероглифами, с их греческим переводом, Шампольон получил первые 24 знака. Здесь любитель детективов может сказать, что, зная такое количество знаков, можно довольно легко расшифровать любой текст. Это так, если речь идёт о привычной для нас алфавитной системе письма. Другое дело – иероглифы. Шампольон установил, что существуют разные типы иероглифов: знаки-идеограммы (например, знак солнца может означать понятия «яркий», «свет», «день»), знаки-буквы, передающие отдельные звуки (как в случае с именами собственными), и, наконец, знаки-определители, которые сами не читаются, но помогают различать смыслы слов-омонимов.

Убедившись в том, что теперь он может читать и переводить любой текст с иероглифами, Шампольон вбежал в кабинет своего брата со словами: «Я добился!» Потрясение было столь велико, что он тут же потерял сознание...

Это открытие учёный совершил в 1822 году. Шампольона называют лингвистическим гением ХIХ века и отцом египтологии.

ЛИТЕРАТУРА 1. Энциклопедический словарь юного филолога. Сост. М.В.Панов. М., 1988. 2. Фолсом Ф. Книга о языке. М., 1974.