Изучение приёмов использования знаков препинания тем или иным писателем позволяет, с одной стороны, выявить становление и развитие пунктуационной нормы, с другой – помогает раскрыть особенности индивидуального стиля писателя.

Многоточие относится к неграмматическим знакам препинания, это знак интонационный, по образному выражению А.М. Пешковского – «читаемый знак».

С уверенностью можно сказать, что многоточие – один из излюбленных знаков препинания И.С. Тургенева, знак «осязаемый». Вот как «звучит» у него многоточие.

В прямой речи это прежде всего речевая характеристика. С помощью этого знака передаётся состояние персонажа, его переживания, чувства, то есть создаётся психологический портрет героев произведения. Рассмотрим на примерах.

Стёпушка протянул ко мне плетушку.
– Как ты поживаешь, Степан? – спросил я его.
– И... и... и... ни... ничего-о, батюшка, помаленьку, – отвечал Степан, запинаясь, словно пуды языком ворочал.
(«Малиновая вода»)
– Фома Кузьмич, – заговорил вдруг мужик голосом тихим и разбитым, – а, Фома Кузьмич.
– Что тебе?
– Отпусти.
Бирюк не отвечал.
– Отпусти... с голодухи... отпусти.
– Знаю я вас, – угрюмо возразил лесник, – ваша вся слобода такая – вор на воре.
– Отпусти, – твердил мужик, – прикащик... разорены... во как... отпусти!
– Разорены!.. Воровать никому не след.
– Отпусти, Фома Кузьмич... не погуби. Ваш-то, сам знаешь, заест во как.
(«Бирюк»)

Правильно озвучить диалог помогают слова автора, но и без слов автора психологическое состояние достаточно точно передаётся многоточием. Многоточие в тургеневском диалоге – знак эмфатический.

Иное значение, иное звучание, иной смысл, иную функцию приобретает многоточие в авторском тексте, в авторском повествовании.

Вот начало рассказа «Ермолай и мельничиха»:
Вечером мы с охотником Ермолаем отправились на «тягу»... Но, может быть, не все мои читатели знают, что такое тяга. Слушайте же, господа.
За четверть часа до захождения солнца, весной, вы входите в рощу с ружьём, без собаки. Вы отыскиваете себе место где-нибудь подле опушки, оглядываетесь, осматриваете пистон, перемигиваетесь с товарищем. Четверть часа прошло. Солнце село, но в лесу ещё светло; воздух чист и прозрачен; птицы болтливо лепечут; молодая трава блестит весёлым блеском изумруда... вы ждёте <...>.

Первое предложение – это введение, подход к основной теме. Однако в конце этого предложения стоит многоточие. В сочетании с союзом но, с которого начинается следующее предложение, оформляется рассказ в рассказе – один из любимых композиционных приёмов И.С. Тургенева. Рассказ в рассказе заканчивается словами: «Вот что значит «стоять на тяге».

Весь вставной рассказ – это один абзац, но в этом абзаце Тургенев трижды использует многоточие.

Главная тема зарисовки – природа... и человек. У Тургенева человек не сливается с природой; это тонкий наблюдатель и созерцатель. Именно созерцательность определяет тональность «... вы ждёте». И должно быть, не случайно это «... вы ждёте» не выделено автором в самостоятельное предложение.

Два следующих многоточия отражают постепенное изменение, которое происходит в природе: меняется свет, меняется цвет, меняются звуки и запахи. Тургенев стремится к воспроизведению тончайших субъективных ощущений, мимолетных впечатлений и настроений, которые охватывают человека, «стоящего на тяге». Данное описание – это картина большого художника-импрессиониста; многоточие является частью художественной палитры.

***
В художественном тексте стилистически значимой является вся система пунктуационных знаков, применённых писателем, а не отдельный знак, ибо отдельный знак, регламентированный или нерегламентированный, вариативный, контекстуально или ситуативно обусловленный, не в состоянии определить стилистику текста, не в состоянии не только показать ритмико-мелодический рисунок, но и раскрыть глубинный смысл текста. Наиболее чётко взаимосвязь (и взаимообусловленность) пунктуации и архитектоники текста прослеживается в произведениях малых жанров. К таким «малым» жанрам относятся стихотворения в прозе И.С. Тургенева.

«Высокая поэзия и лиризм» (Б.В. Томашевский) – вот что объединяет в единый цикл разнообразные по тематике произведения.
Анализ текстов «Стихотворений в прозе» показывает, что тургеневское многоточие многообразно, многозначно, многозвучно. Одно звучание оно имеет в миниатюре «Два богача» (« – Возьмём мы Катьку, – говорила баба, – последние наши гроши на неё пойдут, – не на что будет соли добыть, похлебку посолить./ – А мы её... и не солёную, – ответил мужик, её муж./ Далеко Ротшильду до этого мужика!»); другое – в стихотворении «Воробей» («Он ринулся спасать, он заслонил собою своё детище... но всё его маленькое тело трепетало от ужаса, голосок одичал и охрип, он замирал, он жертвовал собою! <...> Мой Трезор остановился, попятился... Видно, и он признал эту силу».)

«Стихотворения в прозе» – это размышления, рассуждения, раздумья автора; должно быть поэтому элементом заголовков является многоточие: «Услышишь суд глупца...», «Мне жаль...», «С кем спорить...», «Когда меня не будет...» и некоторые другие. Заголовок и текст – это единое целое, но во многом звучание текста определяется многоточием заглавия. Ср., например, звучание «Мне жаль...» и «Мне жаль», «С кем спорить...» и «С кем спорить?».

Полифонизм звучания текста и его архитектоника во многом создаются и определяются пунктуацией. Пунктуация используется Тургеневым как композиционный приём, что позволяет говорить не только о многозначности и многофункциональности знаков препинания, но и об особой, пунктуационной, стилистике текста. Архитектоника текста – это триединство: образ – слово – звук.

ЛИТЕРАТУРА 1. Гольцова Н.Г., Шамшин И.В. Русский язык. 10-11 классы. Изд. 2. М., 2003. 2. Современный русский литературный язык. Под. ред. П.А. Леканта. Изд. 5. М., 1996.