Дарья Шаповалова, Украина, 151741
– Дедушка, сегодня в школе мы говорили о детях войны. Ты ведь тоже в годы войны был ребёнком. Помнишь что-нибудь об этом времени? – Когда началась война, мне было 6 лет. Мы с мамой и старшим братом жили в селе Дьячинки, недалеко от Кременчуга. Отец воевал. – Как ты узнал, что началась война? – Ночью бомбили Кременчуг. Мама вывела меня и брата на улицу, потому что оставаться в доме было опасно. Утром немецкие мотоциклисты ворвались в село. Солдаты расположились в саду. Ели, пили, шумели. – А как они к вам относились? – Из дома выгнали, поставили к стенке, стояли рядом с автоматами. Но стрелять не стали. Пугали. Оказывается, на нашей двери кто-то написал "член партии". Поэтому дом наш сожгли. Жили мы у соседей. – Дедушка, какие события военных лет запомнились тебе больше всего? – Помню, как пленных евреев гнали к кладбищу. Там их расстреляли и просто засыпали землёй. Это было страшное место. Мы его боялись. Такое не забывается. – А у тебя лично были столкновения с немцами? – Однажды на улице ко мне подъехал немец на велосипеде и спросил: "Испанец?" Я ответил: "Нет, украинец". Немец начал заряжать пистолет, а я бросился бежать. Очень испугался. – А вы долго находились в оккупации? – Мне казалось, что очень долго. Но немцам пришлось отступать под натиском советских войск. За неделю до отступления они начали сжигать всё, что могли. Мы прятались в подвале. – Ты, наверное, отчётливо помнишь встречу с советскими солдатами? – Немцы ушли, а наших ещё не было. Как-то утром выхожу во двор. Там наши солдаты у колодца умываются. Женщины их обступили: о своих отцах, мужьях, сыновьях надеялись что-нибудь услышать. – А как вы узнали об окончании войны, дедушка? – Кто-то вдруг увидел на сельсовете развевающийся флаг. Мы – туда. На вопрос: "Что случилось?" нам ответили: "Война кончилась!" Что тут было… Одни радовались; другие плакали, потому что их мужья, сыновья, отцы не вернулись. – Твой папа вернулся? – Да, только ногу он потерял на войне. Его возвращение было огромным счастьем и для нас, его семьи, и для тех, кого он долгие годы обучал в школе. – Дедушка, война, наверняка, для тебя не прошла бесследно? – Безусловно. Я очень боялся и ненавидел немцев. Это чувство ненависти застыло где-то внутри меня. – А что для тебя День Победы? – Это Великий праздник Великого народа. Что касается меня, это ощущение жизни после беды. Закончились страхи. Мы начали строить новый дом, строить новую жизнь. Жаль только: многие погибли, многие судьбы исковерканы. – В чём, по-твоему, секрет победы? – Одним словом не скажешь. Знаю одно, непобедимыми наших солдат сделала огромная любовь к Родине, чувство ответственности за судьбы своих близких. – Как ты считаешь, в нашей стране к ветеранам Великой Отечественной войны относятся достаточно хорошо? – Ветеранов войны уважают: у них пенсия неплохая, льготы. Хотя советский солдат-победитель достоин большего. – Думаю, тебе есть, что пожелать внукам и правнукам тех, кто воевал. – Прожить достойную жизнь. Помнить тех, кто повлиял на ход мировой истории, защитил землю, на которой мы сегодня живём, уважать живущих с нами рядом ветеранов войны. Сохранить мир на нашей прекрасной планете.
Дарья Жуковская, Молдова, 250291
Великой Победе 65 лет, но у памяти нет возраста. Сегодня мы живём в мирное время, но ту кровавую войну не забудем никогда. Мы будем помнить тех людей, которые отдали свою жизнь за нашу жизнь. Мы будем помнить тех людей, которые п`отом и кровью делали всё для победы. Мы будем помнить!
Мы заботимся о тех людях, которые прошли войну и сейчас вместе с нами праздновали юбилей Великой Победы. Они – герои, подвиг которых навсегда останется в нашей памяти. Современное общество должно заботиться о том, чтобы имена этих людей произносились с восхищением.
Мне посчастливилось узнать о судьбе Елены Григорьевны Султановой в личной беседе. Сегодня она, ветеран войны, живёт в моём родном городе Рыбница. Перед юбилеем Великой Победы я навещала её. Елена Григорьевна показала мне юбилейные награды. Среди них я нашла награду от Российской Федерации. Она была аккуратно упакована, а Елена Григорьевна с гордостью рассказывала о ней.
Вот какое интервью я взяла у Елены Григорьевны.
1. Где вас застало начало войны? Как люди восприняли это известие?
Я помню это как сейчас. Мы тогда с друзьями были на речке. Купались, резвились, а возвращаясь домой, услышали крики: «Война! Война!» Люди вокруг переполошились, испугались, засуетились. Мы с друзьями не узнавали город. Но мы всё равно не поверили сразу, но д`ома по радио узнали, что это правда. А спустя три часа началась бомбардировка Киева.
2. Что случилось с вашими родными и близкими во время войны?
Мы с мамой должны были уехать в Курскую область – ведь в Киеве началась эвакуация. В Курской области нас ждал отец. Но нам сообщили, что там его уже нет, и мы остались в Харькове. Скоро и сюда добрались немцы. Жили в общежитии, в нужде, но не падали духом. В 42-м меня забрали в концлагерь Райхенау.
3. Вы помните, какой была дорога до концлагеря?
Нас привезли на станцию в Киев, но люди не знали, где мы находимся. Загрузили в поезд. В Кракове нас «сортировали»: искали вшей, стригли волосы, стерилизовали одежду. Мы думали, нас сразу в крематорий – и не будут возиться, но нас снова погнали на станцию, а потом повезли в концлагерь.
4. Как вас освободили?
Нас чудом освободили в 44-м. Русские ворвались в лагерь. Мы были ещё в бараках, но через небольшое окно под потолком увидели наших солдат и были уверены, что нас освободят. Мы обнимались с солдатами и благодарили их за освобождение. А солдаты искали родных и близких, ведь среди узников могли оказаться и их близкие.
5. А как вы узнали о конце войны?
О конце войны узнали так же, как и о начале – по радио. Люди вокруг так же бегали, суетились, искали родных, только, несмотря на все потери и безнадежные поиски, они радовались, они улыбались, хотя слезы из глаз лились ручьями.
6. Как вы познакомились с вашим мужем?
Когда я работала в Киеве, мой будущий муж приехал туда. Несколько раз мы виделись, а потом он предложил мне поехать с ним и через некоторое время поженились. И уже вместе более 50 лет. У нас 4 детей: 3 дочки и сын. Они теперь к нам приезжают по очереди. Так как живут в разных странах, но никогда о нас не забывают.
7. Расскажите о том, какой была послевоенная жизнь. Какой была послевоенная Рыбница?
Василий Дмитриевич в послевоенное время был шофёром, принимал участие в строительстве моста через Днестр, позже строил Цементный завод, Каменский консервный завод, затем и насосный завод. А я после войны не работала, была домохозяйкой: убирала, стирала, готовила, огородом занималась и делала прочую работу, мужу еду носила на работу. А после рабочего дня мы с мужем любили гулять до поздней ночи.
Я совсем недолго беседовала с Еленой Григорьевной, но и этого времени мне хватило, чтобы понять, насколько она открытый человек и приятный собеседник. Она рассказывала искренне, то плача, то улыбаясь. Елена Григорьевна поделилась со мною своей историей, историей войны и историей Победы.
Он смотрел войне в глаза!
Оксана Хрущ, Узбекистан, 128504
Война - какое холодное слово... Сколько человеческих глаз смотрело в лицо войны, но не всем посчастливилось выдержать её взгляд. Николаю Николаевичу Фомину это удалось. В 1943 году 18-летним юношей он попал на фронт, когда началась Курско-Орловская битва. Николай служил в авиации дальнего действия воздушным стрелком.
"Фашисты уже оккупировали Орёл, Смоленск и основным видом транспорта в этих краях была железная дорога, по которой ходили составы с немецкой техникой и солдатами. Дорога эта была нами разгромлена, тем самым мы нанесли огромный урон немцам.
Вскоре наш полк был переброшен в Ленинградскую область на аэродром, с которого в период блокады Ленинграда мы опять бомбили немецкие эшелоны, шедшие из Пскова на Ленинград. Затем полк перебазировался на территорию Украины, с аэродромов которой совершались дальние вылеты и бомбардировка военных объектов в городах Будапешт, Констанца, нефтяных районов Плоешти. Горела нефть, и её запах ощущался в самолёте даже на высоте 3-х километров. Румыния была последним местом наших боевых действий. 8 мая 1945 года Германия капитулировала, и война для нас закончилась!"
Война закончилась, но осталась в памяти Николая Николаевича. Напоминают о ней и его ордена и медали. Он награжден "Орденом Отечественной войны" 2-й степени, медалями "За оборону Ленинграда", "За взятие Будапешта", "За победу над Германией", а медалями "За боевые заслуги" и "Трудовое отличие" удостоен дважды.
После войны Николай Николаевич Фомин работал заместителем главного механика, начальником цеха на Ташкентском тракторный заводе. После выхода на пенсию он работает ведущим инженером-технологом.
Но не только работой жив человек. Семья имеет для него огромное значение. Главная радость жизни Николая Николаевича - две дочери и три внучки. А недавно судьба преподнесла ему ещё один подарок: несколько месяцев назад родился правнук Яков. Это четвертое поколение Фоминых. Жизнь продолжается
Любовь и ненависть в одной упряжке
Дарья Сидорова, Казахстан, 127406
Интервью с Соловьёвой (Чусава) Екатериной Давыдовной - участницей Великой Отечественной войны, военным разведчиком с января 1943 года по июль 1945 года.
Екатерина Давыдовна, в самом начале войны Вы были уверены в нашей победе?
- Когда многим на западе казалось, что Советский Союз не выдержит, мы верили, что выдержим всё, что бы ни было, выдержим не только ради себя, но и ради всех тех, кто остался дома. Откуда-то из глубины души исходила непоколебимая твёрдость, железная уверенность в победе. Илья Эренбург написал в первый же день войны: "Высокая судьба выпала на нашу долю - защитить нашу страну, наших детей и спасти измученный врагами мир. Наша священная война, война, которую навязали нам захватчики, станет освободительной войной."
Чем для Вас стали годы войны?
- Это годы, когда на советско-германском фронте, по существу, решалась судьба всего человечества. Мы испытывали великий, ни с чем не сравнимый гнев. Это была схватка с армией людей-автоматов, специально выдрессированных для истребления живых людей, их культуры.
8 июля 1941 года фельдмаршал Кейтель предписывал: "В этой войне обращение с врагом в соответствии с нормами человечности и международного права недопустимо".
Подобное могло вызвать лишь безграничную ненависть к фашистам, укрепить нашу выдержку. Думаю, что эти самые трудные, самые мучительные годы были самыми значительными и важными в моей судьбе.
Такое трудно забыть?
- Молодые сегодня читают и слышат о том, что было. Но мы помним, мы видели всё сами. Такое не забыть. Военные годы врезались в душу навсегда. Ведь люди отдавали тогда войне всё что могли. Страшное и великое существовало рядом. Некоторые из нас потеряли своих близких, у меня погиб старший брат. Другие на годы были отрезаны от захваченных врагом родных мест. Многие, особенно в первые месяцы войны, были очевидцами и участниками вынужденного отступления. Как забыть об этом?!
Фюрер рвался к Москве. В начале войны наша армия, то отступала, то атаковала. Не хватало сил, но мы все же победили. Как Вы думаете, почему Советский человек смог одержать победу?
- Давать врагу отпор, жить впроголодь, мучиться за судьбы близких приходилось долго, казалось, невыносимо долго. Но наш человек ".был в вечном бою и в вечной работе. Он нёс в своей светлой душе - как бы враг подло и гадко ни уродовал нашу землю, наши города и наши сёла - чувство жизни, всегда торжествующей...", - так сказал когда-то Всеволод Вишневский. В этом заключался залог нашей победы.
Хочу коснуться ещё одного вопроса. Можно ли объяснить могучий боевой дух советского народа в ходе войны ненавистью к немцам как нации?
- Нет, это было бы грубой ошибкой. Я говорила о ненависти к фашизму, целью которого было истребление людей разных национальностей. К немецкому народу я никогда вражды не испытывала даже в мыслях. Сколько было случаев на войне, когда спасали немецких стариков, женщин и детей. Михаил Шолохов назвал одну из своих военных корреспонденций "Наука ненависть". Со слов советского лейтенанта Герасимова, сказанных в 1942 году, он написал: "И воевать научились по-настоящему, и ненавидеть, и любить... Казалось бы, любовь и ненависть никак нельзя поставить рядышком... А вот у нас они впряжены и здорово тянут! Тяжко я ненавижу фашистов за всё, что они причинили моей родине и мне лично, и в то же время... люблю свой народ... Вот это и заставляет меня, да и всех нас, драться с таким ожесточением. Именно эти два чувства, воплощённые в действие, и приведут нас к победе".
Любовь к Родине, обида за поруганную честь вели нас вперед...
Элина Алиева, Туркменистан, 120948
- Скажите, как Вас зовут? Сколько Вам лет?
- Смирнов Александр Николаевич, 82-й пошёл.
- Сколько лет Вам было, когда началась война, где Вы жили, чем занимались?
- Я родился в 1923 году 10 августа в селе Вторая Александровская Пензенской области. Прожил я там до 1938 года, потом с родителями переехали в Киргизию. В 1942 году я закончил среднюю школу и был призван в Красную Армию, направлен в военное училище города Мары (Туркменистан). Туда было перенесено Харьковское училище и названо Второе Туркестанское пулемётное училище. Тогда мне было 18 лет.
- Как Вы попали на фронт?
В 1943 году, в апреле, был выпуск. Я получил звание лейтенанта Красной Армии и был направлен в Москву.
- Наверно, Вы совершили большой путь. Расскажите, пожалуйста, об этом.
- Да, после того как нас встретили в Москве, нас направили в войсковую часть, во 2-й мотострелковый механизированный корпус под Воронеж. Меня назначили командиром пулемётного взвода. Мне тогда было 19, а я уже командовал 50-летними, под моим командованием было 22 человека. Они мне говорили: "Сынок, ты не мельтеши, мы сами справимся. Ты должен только позаботиться о том, чтобы нас вовремя накормили, напоили, обули, одели!"
Мы воевали на Орловско-Курской дуге, где были в составе 24-й бригады 2-го корпуса. Участвовали в боях за освобождение Севска, Мценска. Дальше город Кромы Курской области. С Курской дуги вышли на Украину. Там освобождали город Нежин Черниговской области. За эти успешные боевые действия мы стали именоваться 24-й гвардейской Нежинской механизированной бригадой. Мы форсировали Днепр. После тяжелых боев нас заменили другие воинские части, а наша бригада осталась там же на пополнение. После форсирования нас осталась десятая часть от всего состава, из 22 человек моего взвода - 3.
До начала 1944-го мы стояли на пополнении, а в апреле 1944 года с новыми людьми, с новым оружием были направлены в Белоруссию. Участвовали в боях на 3-м Белорусском фронте. Там я получил звание капитана и был назначен командиром роты, в моем подчинении было уже 175 человек, а не 22, мне было 20. (Недавно президент Белоруссии прислал мне медаль "За освобождение Белоруссии", в честь 60-летия Победы.)
После этого мы продолжали воевать. Прошли Вильнюс, Каунас, Восточную Пруссию. Так как мы были механизированным корпусом, 50 процентов вооружения были танки. В Восточной Пруссии мы натолкнулись на доты и дзоты. Наши танки горели, мы несли большие потери.
В феврале 1945 года мы получили приказ Верховного Главнокомандующего Сталина идти в Варшаву, помогать полякам. Мы форсировали реку Влтаву и оказались уже на территории между Польшей и Чехословакией. После пошли в наступление, перешли границу Германии, где участвовали в боях за город Балцен, Опель и наступали до Дрездена. Мы не дошли до него 30 километров. По приказу Сталина мы повернули к Праге - столице Чехословакии, так как там произошло народное восстание. В составе танковой армии мы освободили Лейпциг, вышли на чешскую границу, перевалили через Карпаты и в 6 часов утра оказались в Праге. Я обошёл почти все столицы европейских государств, но такого красивого города я не видел нигде... Крыши, покрытые позолотой, сверкали на солнце. Даже стрелять было жалко. Мы освободили город, выгнали оттуда немцев, и на второй день мы её оставили. За это мы получили награду - медаль "За освобождение Праги". Далее мы взяли Мельник-на-Эльбе, и в этом городе закончились наши боевые действия
- Скажите, пожалуйста, Вы познакомились со многими народами, как они относились к русским?
- Все по-разному. Когда мы были в Чехословакии, нас встречали сиренью. Много-много сирени. Чехи говорили: "Я жарил два куска - один для руска, один для себя!" Американцы - хорошие ребята, всегда делились с нами, в то время их хорошо обеспечивали. Поляки называли - пана капитана. И все были благодарны и доброжелательны.
- Чем Вы занимались в минуты затишья?
- Бывало появится вдруг откуда-то человек с баяном, с гармошкой, да как затянут песни, что кажется мы на десятом небе. И вдруг: "Воздух! Воздух!" - и все врассыпную.
- Что было страшным на войне? И вообще, что такое война?
- Война - это работа по убийству друг друга. Самое страшное - и это вызывало огромную волну гнева, - когда мы шли вперёд и видели всё в руинах: сёла - одни трубы, и крестьяне сидят, прячутся под сломанными печами, города - одни стены, и кругом разруха, всё горит, люди умирают.
Советский Союз выдержал эту войну, ни одно государство не вынесло бы такого. Первые годы нас гнали, и мы отступили. У немцев было автоматическое оружие, а мы из винтовок стреляли, а автоматы были только у офицеров. Ведь в Сталинградской битве были перебиты миллионы людей, более 3 миллионов убитых и раненых. Был переломный момент. Волга стала барьером на пути у немцев. Затем защита Москвы - "Ни шагу назад". А потом выдавливание немцев из России силой народа, силой нового оружия, а немец сопротивлялся. Без слёз нельзя говорить. Офицеры зимой ходили в полушубках, солдаты - в телогрейках, ватных штанах. А откуда всё? Всё от народа! Такого великого народа, как русский, больше нет. И великий патриотизм! Любовь к Родине, обида за поруганную честь вели нас вперёд: мы лезли на проволочные заборы, в траншеи немцев, сходились в рукопашную схватку. Жутко становится, когда бой идёт, и вдруг прибывает пополнение, эшелоны из тыла, люди выгружаются, все прыгают из вагонов, сразу становятся в строй, в боевые порядки, им ставится ориентир, и командир говорит: "Ребята, вы прибыли выгнать врагов, уничтожить, заставить на коленях ползти до собственного дома!" И всё! И шли! Вперёд и вперёд!
- У Вас были боевые ранения?
- Да, два ранения в ногу и тяжёлая контузия, от которой я отходил три месяца.
- Как часто Вы вспоминаете войну?
- Конечно часть. Очень часто.
- Какие награды Вы имеете?
- Четыре ордена, а медалей... много, да что их считать?
Александр Николаевич подарил мне на память фотографию в военном обмундировании, на котором вся грудь увешана орденами и медалями (их я насчитала 18). Перед встречей с Александром Николаевичем Смирновым мы договорились, что я не отниму у него много времени. Мы проговорили три часа. Этого оказалось так мало. Всё это время Александр Николаевич переживал, глаза его наполнялись слезами, голос дрожал. Я вместе с ним переживала и старалась сдерживать себя, чтобы не плакать. Но мы испытали обоюдную радость от этой встречи. Конечно, всего, что он рассказывал, не напишешь, так как интервью получилось бы слишком длинным, но это было потрясающе интересно.
Когда я уходила, мы договорились, что обязательно встретимся с Александром Николаевичем снова. Я сказала, что непременно приду на 9 Мая. Я отнесу ему букет цветов и попрошу, чтоб он рассказал ещё что-нибудь, ведь никакой учебник истории не сможет рассказать так, как это сделает тот, кто побывал на этой войне.
Рядом со мной живет удивительная женщина...
Алена Мангушева, Узбекистан, 224925
9 мая 1945 года стало символической датой окончания Второй мировой войны. И то, что этот день в Узбекистане отмечается, как День памяти и почестей, вполне закономерно. Праздником эту дату в ее нынешнем варианте не назовешь, скорее - это повод остановиться и задуматься, кто мы есть, кем были наши предки, как чувствуют себя наши родители. И еще раз поблагодарить судьбу за мирное небо, за то, что можем со светлыми надеждами жить, планировать свое будущее, да просто за то, что можем любоваться этим ярким майским днем. За то, что живём и будем жить...
Всё меньше и меньше среди нас участников Второй мировой войны. Безжалостное время уносит от нас очевидцев той нелегкой поры, когда от их мужества, героизма и верности долгу зависела дальнейшая судьба страны.
Рядом со мной живет удивительная женщина. У нее всегда хорошее настроение и бодрое расположение духа, хотя я знаю, что живется ей несладко и уже долгие годы она одна. Дети разъехались, женился и уехал в Россию горячо любимый внук. Но она держится молодцом. А как же иначе, разве сопоставимо всё это с тем, что ей пришлось пережить в сороковые-роковые?!
В годы войны Фариде Ахмеджановне Мамбетовой было всего 18 лет. Жила она с родителями в Бухаре, закончила школу, поступила учиться на фельдшера, работала во второй инфекционной больнице. В ноябре 1943 года ушла на фронт. Под Курском служила в медсанбате, сопровождала эшелоны с ранеными. Потом был 1-й Прибалтийский фронт, 51-я гвардейская дивизия 6-й армии, где юная Фарида работала медсестрой.
- Что запомнилось больше всего? - задумалась она. - Не бои, не наступления. А то, что мы сутками стояли на ногах, у операционного стола. Раненых было много, и всем требовалась медицинская помощь. Я помню те длинные американские палатки, в которых размещались бойцы. Пока из одного конца в другой дойдешь - устанешь. В сапогах было трудно холить. Да и вообще, с обмундированием было туго. Один боец подарил свою гимнастерку, и мне из нее сшили юбку. Сейчас даже смешно: как я в неё влезла. С медикаментами зато у нас всю войну было хорошо, кровь для раненых доставляли из Саратова. Больше всего я боялась операций. Представляете, приходилось и руки, и ноги ампутировать. Вокруг рвались снаряды, гибли бойцы, а у меня шок вызывали только вот эти операции. Раненые кричали: "Нагнись, сестричка, убьет же". Но мне было не до этого, впереди было еще столько работы, о себе ли думать?
- Девчонкой была, в званиях почти не разбиралась. Вот ребята надо мной и шутили часто. Наш Леня, армянин по национальности, ох и шутник был. Кричит мне как-то: "Фарида! Генерал-майор идет с комиссией, сейчас проверять будут тебя!" А мы страх как не любили проверок, боялись начальства-то. Вот все попрячутся, а я одна стою, ни жива, ни мертва. И, завидев офицера, кричу: "Здравствуйте, товарищ генерал-майор! Докладывает медсестра Фарида Мамбетова. В госпитале раненых столько-то..." А он и не генерал-майор вовсе, но улыбается, благодарит за службу.
- День Победы я встретила на литовской земле. У нас была передислокация, весь взвод гулял, а нам всё некогда. Вечером устроили кино, танцы, а меня, как назло, поставили в ночь дежурить. Вот я и не стерпела: убежала с девчонками на танцы. Обратно вернулись, а нас не пускают, но мы кое-как в палатку залезли. В 1947 году я вернулась в Бухару, вышла замуж. Муж увез меня в Карши, где и проработала в железнодорожной больнице 30 лет. Скоро очередная годовщина Победы. От всей души хотела бы пожелать нашим ветеранам крепкого здоровья, счастья, успехов и долгих лет жизни.
Я же, в свою очередь, хочу сказать, что сколько бы ни прошло лет, люди всегда будут помнить о вас и о том, что вы для нас сделали.
Он был таким, как я...
Светлана Кобелева, Узбекистан, 127614
Война - жесточе нету слова.
Война - печальней нету слова,
Война - святее нету слова
В тоске и славе этих лет
И на устах у нас иного
Еще не может быть и нет.
(Александр Твардовский)
По соседству со мной живет Алексей Яковлевич Червонцев, обычный, скромный пенсионер. Он часто сидит на лавочке, приветливо улыбаясь знакомым и ведя неторопливые беседы... Но в этот майский день Алексей Яковлевич был особенно подтянут, а его пиджак украшали многочисленные награды. Я знала, что он был участником Великой Отечественной войны. "А сколько же ему тогда было лет?" - подумала я и подошла, чтобы поздравить ветерана с Днем Победы. Мы разговорились, и вот что я узнала.
- Когда началась война, мне было пятнадцать лет. Мой отец, Яков Николаевич, был военным топографом и часто брал меня с собой на задания. Вскоре я уже знал все геодезические приборы и умел с ними работать. Мог самостоятельно делать съемку рельефа любой местности. Вот так я и начал работать геодезистом.
- А как Вы попали на фронт?
- Осень 1943 года, наша группа вернулась из тайги в город, чтобы привести в порядок материалы. И тут я узнаю, что идет призыв в армию молодых людей 1926 года рождения. Я решил, что мое место на фронте, и отказался от брони, которую выхлопотал начальник нашего геодезического отряда. Стукнуло мне в тот год семнадцать лет...
- И Вас сразу отправили на фронт?
- Нет. Вначале стал курсантом танковой школы, а только потом воевал в 1435-м отдельном Оршанском самоходно-артиллерийском полку 3-го Белорусского фронта.
В бою под Кёнигсбергом в нашей дивизии осталось всего два танка. Я был командиром орудия. Мы оборонялись до последнего. В этом бою меня тяжело ранило и контузило. Но наши войска все же выиграли этот бой! Неприятель отступил. А я был отправлен в военный госпиталь...
Потом узнал, что за этот бой был награжден орденом Великой Отечественной войны 2-й степени...
- Алексей Яковлевич, встречаетесь ли Вы с боевыми товарищами?
- Спустя двадцать лет я встретился с боевым другом Александром Питериным. С тех пор мы не расставались, всегда вспоминали о прошлом, в котором помимо бед и лишений была настоящая дружба и радость побед. К сожалению, год назад он ушел от нас...
Каждый год Алексея Яковлевича приглашают в нашу школу на концерт для ветеранов. И он не раз выступал с ребятами.
А я вот всё думаю, ведь Алексей Яковлевич, уходя на фронт, был моим ровесником, ему тоже тогда исполнилось только семнадцать лет...
Представить к награде...
Амиран Гвичиани, Грузия, 127919
В нашем маленьком районе живут четыре героя войны. Семь тысяч бойцов дал наш район фронту. С войны вернулись только только три с половиной тысяч, и те искалеченные, изнуренные, но гордые тем, что победили злейшего врага.
У кого взять интервью? - задаю вопрос моей учительнице. Недолго раздумывая, она сказала: "А, что если посетим кавалера ордена Александра Невского Давида Сардионовича Санодзе?
Давид Сардионович, бывший капитан разведки, человек среднего роста, в этом году, 3 апреля, отпраздновал 90-летие со дня рождения.
Это всеми уважаемый ветеран, орденоносец, покоряет великодушием, простотой.
И вот мы открываем ворота красивого дома.
Радушно встречает хозяин. Он один дома. Жена умерла два года назад, единственный сын Давид Давидович живет и работает врачом в Москве. Там же и внук Георгий Давидович. Здесь на столе у деда Давида красуется диплом внука Георгия, который в 2004 году окончил Московский медицинский институт.
Узнав о цели нашего визита, Давид Сардионович приобразился, глаза по-юношески блеснули.
- Я к вашим услугам, - говорит дед, - о чем же будем говорить?!
Затрудняюсь задать первый вопрос и вдруг вижу у камина стоит икона святого Георгия. Там же крест. Как бы сам собой возникает на вопрос.
- Давид Сардионович, Вы верующий?
- Мои родители были глубоковерующие православные христиане, и я всю войну около сердца носил мандат коммуниста, а в сердце любовь к Богу, и эта любовь, твердо верю, спасла меня. Перекрестившись, со словами "За Родину! За Сталина!" шёл в атаку... А знаете вы, сколько денег внесла в фонд победы над врагом наша Православная церковь?
-Давид Сардионович, расскажите о себе, о своей военной биографии?
- Начну с того, как я стал воином-разведчиком, потом офицером...
Родился в 1914 году. После неполной средней школы окончил педучилище и в 1939 году я уже поступил в военное училище. Как только началась война, меня в звании младшего лейтенанта зачислили в Киевский военный округ. Участвовал в боях за Киев, Харьков. Здесь формировалась 42-я стрелковая дивизия, я был назначен командиром седьмой роты, стояли в селении Релиаки на правой стороне Варшавского шоссе.
Я с моей ротой подробно изучили расположения противника и, зная, что в день Пасхи гитлеровцы отдыхали, внезапно напали на них и отбросили на 50 километров. Командование высоко оценило нашу смелую атаку, и мне было присвоено звание старшего лейтенанта, я был назначен командиром разведгруппы.
Окрыленные доверием командира, в следующем бою бойцы нашей группы заманили врага в ловушку и уничтожили его. Командир полка обнял меня, поцеловал и приказал начальнику штаба: "Представьте к награде". Начальник штаба спросил, какую награду хотел я. На это я не без обиды ответил: "Не за награды воюю, я служу Родине!".
В марте 1943 года я был награжден орденом Александра Невского, и мне было присвоено звание капитана...
Потом была битва на Курской дуге, бои на Смоленщине... Легко сказать. Уже командовал полком, трижды был ранен, дважды контужен.
- Где вы были в День Победы?
- Отметил этот день в Житомире, куда в начале 1945 года перевели учителем подготовительной школы резервов. Демобилизовался в октябре 1946 года.
- Война кончилась. Как дальше сложилась жизнь капитана Санодзе?
- Женился на киевлянке. Анна Александровна Провотара украсила мою жизнь, подарила сына. Работал я в первой средней школе г. Хони, профтехучилище, на шелко-мотально-крутильной фабрике - везде, где ни работал, правдивость, честность и трудолюбие были моими спутниками.
- А где ваши боевые друзья? Вы с ними встречаетесь?
- Вот здесь лежит альбом, в котором красуются ветераны 254-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии. Они - мои боевые друзья. С ними встречался часто. Встречи были то в Москве, то на фронтовых дорогах, то в семьях однополчан, то у меня дома. Пишу им и по сей день получаю письма от них. Связан со спецшколой N 37, школой N 782 города Москвы, с государственным музеем Калужской области.
В Белгороде гостил у однополчанина, командира взвода Михаила Стрельникова. Посетил семью офицера особого отдела из Гудауты Ивана Тамшиговича Лакербая.
- Что особенно дорого для Вас?
- Дороги мне эти альбомы, эти награды, эти воспоминания.
Дорога мне книга великого Шоты Руставели "Витязь в тигровой шкуре", где говорится: "Кто себе друзей не ищет, самому себе он враг".
Дорого мне письмо народной артистки СССР Зыкиной Людмилы Георгиевны, которая в честь 54-летия Победы в Великой Отечественной войне от имени московского отделения Российского фонда мира, пишет:
"Дорогой Давид Сардиононич!
Мы восхищаемся Вашим беспримерным подвигом и низко кланяемся Вам за проявленные мужество, бесстрашие и героизм.
Сегодня нас разделяют границы, но великая Победа досталась нам ратным трудом воинов всех республик и национальностей, и мы всегда будем помнить о неоценимом вкладе славных сынов великого грузинского народа в наше общее дело.
9 мая 1999 г. Президент Фонда мира Зыкина Людмила Георгиевна".
Дорога мне книга "Как закалялась сталь", которую читали и перечитывали на фронтовых дорогах и в которой записано наше назначение: "Жизнь человеку дается один раз и ее надо прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы".
Радуюсь, что пришлось побеседовать с таким мудрым, человеком, ветераном войны, который, несмотря на свои 90 лет, показывает пример, как надо жить и трудится, переносить всякие невзгоды.
Эта беседа для меня хороший, незабываемый, жизненный урок.
Две фронтовички
Гузаль Мустафина, Узбекистан, 126618
С каждым годом всё дальше и дальше уходят от нас события Великой Отечественной войны. Всё меньше среди нас остаётся ветеранов этой войны. С одной из них, ныне живущей в городе Фергане, я познакомилась случайно на концерте клуба фронтовых подруг "Катюша". Всегда жизнерадостная, неунывающая в свои 82 года (хотя больше 60 лет ей никогда не дашь), Эмилия Даниловна Алексеенко, смахнув непрошенную слезу, начала вспоминать свою молодость.
- Родилась я 6 июля 1922 года в городе Новосибирске. Отсюда и попала на фронт, не окончив курсы медсестёр. В то время мне было 19 лет. Нас, молодых девчонок, отправили связистками в 736-й Краснознаменный полк 1-го Украинского фронта.
- Какова была ваша обязанность?
- В любую погоду я должны была обслуживать 12 батарей, налаживая связь.
- Но это было начало войны, 1941 год. Что случилось с Вами дальше?
В 1942 году Эмилия Даниловна воевала в 1865-м зенитном полку на Юго-Западном фронте. Этот полк освобождал Харьков. Осенью 1943 года на Орловско-Курской дуге они освобождали город Смоленск. В составе 3-го Белорусского фронта, 1865-й зенитный полк освобождал Прибалтику. В 1944 году Эмилию Даниловну контузило, и она несколько месяцев была без слуха и речи.
- Я росла физически неразвитой девочкой. И на войну я пошла, не посоветовавшись с родителями. Я была романтиком. До сих пор помню мелодию, которую играл провожавший нас духовой оркестр. Дальше были теплушка, большой вагон, состав...
- Чем вы занимались до войны?
- Я была солисткой в джазовом оркестре. Часто выступала на концертах, читала стихи.
- Вспомните самый необычный момент в вашей фронтовой жизни.
- В день своего двадцатилетия я проезжала по понтонному мосту через Дон на полуторке. Внезапно фашисты засекли нас. Начался обстрел... Никогда не забуду этот день. Люди, техника, грузы, машина полетели вниз, прямо в реку. Я не умела плавать. Товарищ Гимадеев, наш старший сержант, попытался меня спасти. Но внезапно он сам начал тонуть. Я крикнула ему: "Оставьте меня, я сама выкарабкаюсь". Ещё в воде передо мной возникла такая картина: мои мама, папа и бабушка сидят за нашим журнальным столиком, отмечая моё двадцатилетие. Это видение вселило в меня силу. Я поняла, что меня ждут, помнят, любят. К счастью, рядом оказался замполит Анатолий Васильев, он каким-то образом притащил меня к берегу. Я сделала последний рывок и выбралась на берег, тут же потеряв сознание. Очнулась я только на третьи сутки.
Ты знаешь, после этого случая я перестала бояться смерти. Я не жалела, что пошла на фронт.
- Была ли у Вас возможность встретиться со своими однополчанами после войны?
- Да. Я три раза была на встречах в Киеве, Харькове и Подмосковье.
- Какие награды Вы имеете?
- Меня наградили орденом "Победа" 2-й степени, также я имею восемь юбилейных медалей.
- Большое Вам спасибо за интересный рассказ. Желаю вам здоровья и долгих лет жизни.
Ныне Эмилия Даниловна является председателем клуба фронтовых подруг "Катюша" и каждое воскресенье встречается с ветеранами войны в Доме культуры.
Эмилия Даниловна посоветовала мне поговорить с первым председателем клуба фронтовых подруг, который в то время назывался "Память". Узнав адрес, я направилась к Зое Рахимовне Базелюк. Всё в квартире этой женщины жило памятью о войне. Ведь супруг Зои Рахимовны Василий Петрович Пугаев тоже был участником Великой Отечественной войны. Его огромный портрет висит в комнате над стареньким телевизором. Старушка засуетилась, не зная, куда меня посадить. За чашкой чая мы непринуждённо беседовали.
- Зоя Рахимовна, скажите, где и когда Вы родились?
- Я родилась 13 декабря 1919 года в городе Оренбурге. В 1926 году переехали в Фергану с матерью и братьями. В 1934 году я поступила в медицинский техникум. В 1937, с отличием закончив техникум, я поступила в Ташкентский медицинский институт. Но закончила я в 1942 году Московский медицинский институт, так как он был эвакуирован в Ташкент в самом начале войны.
- Как Вы попали на передовую?
- Сначала меня послали на Калининский фронт врачом, затем я служила в медсанбате на Ленинградском фронте. Дальше был 2-й Прибалтийский, где я получила звание гвардии капитана медицинской службы.
Но на этом служба Зои Рахимовны не закончилась. Ей пришлось повоевать и против японских самураев на 1-м Дальневосточном фронте. И только в марте 1946 года Зоя Рахимовна демобилизовалась и вернулась в Фергану.
- Какие награды Вам наиболее дороги?
- Мне дороги все мои награды.
И Зоя Рахимовна показала мне все ордена и медали, среди которых были: медаль "За боевые заслуги", орден Красной Звезды, орден Отечественной войны 1-й степени, а также 11 юбилейных медалей.
Поблагодарив милую женщину, которую сейчас трудно даже представить в форме военного врача, я пообещала почаще навещать её. Мы с ней решили составить фотоальбом о работе клуба фронтовых подруг, которому в апреле 2005 года исполнится 22 года. Память о прошедшей войне никогда не погаснет в наших сердцах.
Память, опалённая войной
Игорь Тулуша, Туркменистан, 125031
Вот уже 60 лет прошло с той поры, когда закончилась Великая Отечественная война, но память о тех суровых испытаниях будет жить вечно! И сегодня своими воспоминаниями о тех тяжких днях поделится ветеран Великой Отечественной войны Кешик Аннаевич Аннаев.
- Уважаемый Кешик Аннаевич, расскажите о себе, о том где Вы родились? Где учились?
- Я родился в 1922 году в селении Ашхабад, впоследствии названном колхоз имени Буденного. После школы пошел учиться в Ашхабадское педагогическое училище. Тогда было очень мало грамотных, и это определило мой выбор. В 19 лет я окончил училище. И вдруг... война.
- Как Вы попали на фронт?
- Осенью 1940 года я был призван на службу в армию и, как грамотный, был призван в курсантскую роту в г. Поти. Но война диктовала своё. Ещё не закончив обучение в курсантской роте, я сдал экзамены в офицерское училище. В ноябре 1941 года я окончил офицерское военно-пехотное училище в г. Сухуми.
- Кешик Аннаевич, помните свой первый бой? Расскажите о нём.
- Да, первый бой запомнился до мелочей. Высадка на Керченском полуострове в составе морского десанта пехоты. Это было под Новый год. Холод. Ледяная вода... Крики "Ура!"... Свист пуль...
- Было ли Вам страшно?
- Мы шли воевать, чтобы победить. Смерти мы не боялись. Но некоторый страх в разумной степени все же был. Было обидно погибнуть, не отомстив. Вот помню такой эпизод. Всего в нескольких метрах вижу фашиста, он целится в меня. Страха нет. Есть только мысль о том, что это - враг, который должен быть уничтожен. Он бросает в меня ручную гранату. Взрыв. Я упал за бруствером, понял, что жив и невредим. Поднимаю голову и вижу, что враг всего в 2-3 шагах, уверенный, что я убит. Я затаился и вертикально потихоньку поднимаю свою десятизарядную винтовку. Фашист упал прямо у моих ног. Всё кончено. Я жив и иду в атаку дальше. После боя обнаружилось, что вся моя шинель буквально превращена в лохмотья из-за осколков и пуль, которые прошли по касательной. Планшетка была также пробита по касательной осколками гранаты в двух местах. На отдыхе после боя комбат приказал заменить мою шинель.
- Расскажите о боевой дружбе. Ведь все советские люди защищали Родину от врага!
- Фронтовой дружбы никогда не забыть! Мы все были как одна единая семья! На национальность мы не смотрели! У нас было только две национальности - трус и защитник Родины! Только так!
- Кешик Аннаевич, Вы были тяжело ранены в бою. Расскажите об этом.
- Шли ожесточенные бои в районе Новороссийска. Лабиринт гористой местности с ущельями. Каждый уступ, каждая тропинка, каждый клочок земли по несколько раз в день переходили то к нашим, то к фашистам. Легче тем, кто на вершине, поэтому обе стороны старались удерживать удобные позиции. И вот, фашисты наверху, а мы в ущелье, дугой огибавшем невысокую гору. Наши позиции под непрерывным огнем. Наш командир полка майор Данилов собрал командиров подразделений и поставил перед нами задачу: "Ни шагу назад!" Это был приказ Верховного Командования. Я вызвался пойти в разведку с тремя солдатами. С нами был пулемет. Я повел свою группу в обход горы, по одному мы добрались до вершины и оказались неожиданно для врага на его левом фланге. Завязался бой. Бой за высоту. "Говорил" наш пулемет и наши винтовки. Высоту мы отбили. В плен было взято 68 фашистов. С вершины этой горы было видно, как на ладони, что в Новороссийске идут уличные бои. Фашистам нужна была эта высота, чтобы с неё направить артиллерийский огонь на непокорный город. Вершину враги обстреливали огнём артиллерии, бомбили с самолётов. И тут... страшная боль. Очнувшись через какое-то время, я сполз в воронку от авиабомбы, чтобы дождаться темноты. Правая нога пробита насквозь пулей, несколько осколков застряли в груди, в боку, в паху. Каждое движение причиняло нестерпимую боль.
Стемнело. Нащупал толстую ветку. Опираясь на ветку и винтовку, попытался идти. От боли всё поплыло. Сколько я шёл, не помню, но, как только услышал русскую речь, силы оставили меня. Меня нашёл санинструктор, оказал первую помощь.
В плащ-палатке меня вынесли из-под обстрела. Пять месяцев я пролечился в госпиталях. Было несколько операций. Раздробленную ногу сохранили. Только в декабре 1943 года я вновь вернулся в строй и продолжал бить врага уже на Турецком валу.
- Кешик Аннаевич, может быть, Вы вспомните и какой-нибудь смешной случай?
- Знаете, я всегда вспоминаю своих бойцов - Житкова и Курылёва. Это были настоящие русские богатыри. Они играючи носили пулемёт! Два богатыря-пулемётчика. Курылёв был младше по возрасту, а Житков был постарше. Они получали двойной паёк. Я всегда вспоминаю, с какой быстротой они рыли окопы. И как тяжело им было, таким огромным, передвигаться по траншеям и окопам. Так что они всегда получали от меня устные взыскания за то, что их видно!
- Уважаемый Кешик Аннаевич, расскажите, где закончилась для Вас война? Как Вы встретили эту радостную весть?
- Война закончилась для меня у берегов Чёрного моря. Мы ждали известия о Победе. Землянка. 8 Мая вечером объявили, что война окончена! Все обнимались, кричали от радости! Стреляли пушки, пулемёты, пистолеты! Радости не было конца! Победа! Это самое сладкое, самое главное слово! Оно звучало как музыка!
- Кешик Аннаевич, Ваша супруга - Любовь Фёдоровна тоже пережила войну и, я знаю, пишет прекрасные стихи, сонеты, песни. Она очень хорошо играет на гитаре. Вы - неподражаемый образец дружбы, согласия и любви. Вы уже очень много лет вместе, сейчас что Вы хотели бы пожелать будущему поколению?
- Мы хотели бы прежде всего поблагодарить правительство России за то, что оно помнит о ветеранах, воспитывает в ребятах интерес к истории своей Родины, патриотизм. И мы хотим сказать: "Дорогие ребята! Любите и оберегайте свою Родину! Тот кто любит и чтит свою страну - счастливый и достойный человек!"
Любовь Фёдоровна дарит нам своё стихотворение "Обелиски".
Безмолвно стоят обелиски,
святую храня тишину.
Бессмертные врезаны списки
в гранитную их глубину.
Пусть "мессеры" здесь не летали,
не рвали ночной тишины, -
в дома похоронки врывались,
и не было большей беды.
А там, где бои отгремели,
навеки в лесах полегли
ёмуды, текинцы, гёклены -
Туркмении знойной сыны.
Полвека прошло, пролетело,
но память, как горный хрусталь,
всё так же чиста, неизменна -
их подвиг легендою стал.
- Спасибо огромное, Вам, Кешик Аннаевич, Любовь Фёдоровна, за Ваше интервью, за то, что вы часто бываете в нашей школе, рассказываете нам о войне, о своих боевых товарищах. Вы до сих пор в строю! И это прекрасно!
Но в памяти всегда со мной погибшие в бою...
Анастасия Етерскова, Таджикистан, 120025
Интервью с участником войны, подполковником в отставке Алексеем Васильевичем Кострикиным, человеком легендой.
- Алексей Васильевич, расскажите, пожалуйста, о себе?
- Я в 1935 году был призван в Красную Армию. Участвовал в советско-финляндской войне в 1939-1940 годах. В Великую Отечественную был в авиации дальнего действия. 30 лет проработал в гарнизонном Доме офицеров 201-й мотострелковой дивизии в Республике Таджикистан. С февраля 1995 года являюсь членом совета ветеранов.
- Какие у Вас награды?
- Я был награждён орденом Красной Звезды, двумя медалями "За боевые заслуги".
- В каких войсках Вы служили?
- В советско-финляндскую войну был стрелком-радистом, и в Великую Отечественную также стрелком-радистом и офицером связи. За время Финской войны совершил 13 боевых вылетов. В одном из крупных боёв сбил финский самолет. Дело было так. У вражеского истребителя пулемет находился в носовой части и, чтобы подбить наш бомбардировщик, ему необходимо было выйти к нам наперерез. Мы отбивались, как могли, - уходили и вправо, и влево, и вверх. Я открыл по нему огонь из своего пулемета. С расстояния примерно 100 метров противник был сбит. Я видел, как он сильно задымил и упал.
13 марта 1940 года нам объявили, что война закончилась. Конечно, мы очень обрадовались, а я особенно, потому что в этот день у меня родилась дочь Тамара, с которой мы живем теперь вместе.
- Алексей Васильевич Вы пережили две войны. Расскажите, как Вы узнали о начале Великой Отечественной войны.
- Деточка, я очень хорошо помню этот день. Мы с семьёй жили в Тбилиси по месту службы. 22 июня в 4 часа утра прибежал посыльный с известием о том, что объявлена боевая тревога. Когда офицеры прибыли в часть, состоялся митинг, и все узнали, что началась война с фашистами.
- Вы помните самый страшный случай на войне?
- Да, конечно, их было много.
Алексею Васильевичу запомнилось освобождение города Орла. Когда во время ночного вылета самолёт, в составе экипажа которого Алексей Васильевич выполнял обязанности воздушного стрелка, фашистские прожектора "взяли в клещи".
- Мы пролетали над железнодорожным узлом, когда нас внезапно ослепили лучи прожекторов. И сразу с земли открыли огонь вражеские зенитки. Нас спасло то, что командир экипажа отлично владел техникой пилотирования. Он направлял наш самолёт туда, где только что разрывался снаряд, потому что второй раз в одно и тоже место снаряды, как правило, не попадали. Страшно было очень, пришлось собрать всю силу воли и преодолеть этот страх.
- Алексей Васильевич, был ли у Вас лучший друг на войне?
С грустью стал вспоминать Алексей Васильевич о своих погибших товарищах, в том числе и о близком друге, с которым его связывала крепкая дружба. Москвич, тоже участник финской войны, командир звена Александр Маркин.
- Помню, однажды под Москвой, когда противник рвался к столице, в одном из воздушных боёв зенитный снаряд попал в самолёт Маркина, он загорелся, и Александр вместе с экипажем приняли решение направить свою машину на скопление фашистской техники. Выпрыгнуть и спастись экипаж не мог, потому что пришлось бы прыгать на вражескую территорию и сдаваться в плен. До своих им было не дотянуть, и они предпочли погибнуть. Александру Маркину посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза, а остальные члены экипажа были награждены орденами.
- Алексей Васильевич, кем бы стали, если бы не было войны?
- Девятнадцать лет я прослужил в Вооруженных Силах, хотя мечтал быть журналистом. Одно время совмещал эти профессии. Во время войны писал заметки в дивизионную газету. Жаль только, что не сохранилось ни одного газетного номера.
- Чем Вы сейчас занимаетесь в свободное время?
- Люблю читать. Недавно прочел книгу "Битва под Москвой", ещё люблю смотреть телевизор, хорошие отечественные фильмы, такие, как "Штрафбат". Если есть в нем преувеличения, то незначительные. Люблю слушать "Маяк", слежу за новостями. Правда, зрение подводит все больше.
Алексей Васильевич в 2003 году отметил своё девяностолетие. Важным делом считает заслуженный ветеран проведение военно-патриотической работы в нашей школе и в подразделениях дивизии.
В одном строю с воинами 201-й Гатчинской дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии стояли ветераны Великой Отечественной войны. Их остается все меньше - свидетелей и участников грозных битв.
Они смотрят на нас и как бы оценивают, удержим ли мы Знамя Победы, поднятое ими над гитлеровским рейхстагом 9 мая в 1945 года.
Все можно пережить, но война...
Ирина Борисова, Украина, 127701
Интервью с участниwtq Великой Отечественной войны, Раисой Ефимовной Новиковой, которая прошла от Москвы до Берлина.
- Раиса Ефимовна, когда и где вы родились?
- Я родилась 14 мая 1925 года в городе Москве.
- Чем вы занимались, когда началась Великая Отечественная война?
- Мне было 16 лет и я училась в школе ФЗО при швейной фабрике "Красная оборона" в городе Москве.
- Как вы решили идти на фронт?
- Фашисты подступали к Москве, мы работали по 12 часов, а ещё охраняли фабрику, тушили "зажигалки". Как-то раз, усталая, я возвращалась с работы и обнаружила, что у меня вытащили документы, а основное - продуктовые карточки на всю мою большую семью. Утром решилась и пошла в Коминтерновский райвоенкомат г. Москвы с просьбой отправить на фронт добровольцем.
- А где вы служили в начале войны?
- В начале 1943 года я ушла рядовым солдатом. Все годы воевала на 1-м Украинском фронте в 3-й танковой армии 7-й танковой дивизии под командованием маршала Конева.
- А потом?
- А потом, летом 1943 года, была на Орловско-Курской дуге, где происходило величайшее в мире танковое сражение. Санитаркой прибыла в первый эшелон 7-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской танковой армии. Потом начала длинный и трудный путь до Берлина.
- Вы были ранены?
- Да. Ранения были. Было ранение под Тернополем и под Прагой.
- Раиса Ефимовна, чем для вас является Великая Отечественная война?
- Война - это прежде всего тяжёлый и опасный труд. Только представьте себе! В боях на Орловско-Курской дуге в день с поля боя приходилось выносить до ста раненых.
- Интересно, а каким образом вы выносили раненых с поля боя?
- Ну, способов транспортировки было много: на двухколёсных повозках, с помощью служебных собак, на выходящих из боёв танках, но самый проверенный и надёжный - ползком на плащ-палатке.
- Расскажите какую-нибудь конкретную историю о том, как это происходило?
- Как-то раз я у гусениц подбитого танка, к вечеру боевого дня, обнаружила раненого. От потери крови он лежал без сознания. Был он высокого роста, а по знакам отличия определила его воинское звание - полковник.
На плащ-палатке девушка тащила раненого 3 километра. Уже после полковник не мог поверить, что эта вот небольшая, хрупкая девушка спасла ему жизнь, протащив его на себе 3 километра. За этот подвиг Раиса Новикова была награждена медалью "За боевые заслуги".
- Может быть, были ещё какие-то случаи?
- Однажды после героической переправы через Вислу и начала Львовско-Сандомирской операции в 1944 году мне было поручено доставить медикаменты на передовую позицию. Солдат, которого отправили со мной, на мотоцикле, в абсолютной темноте заблудились. Услышав немецкую речь, он выключил мотор и, замаскировав свой мотоцикл ветками, ползком разведал дорогу. Пришлось, не бросая мотоцикл с медикаментами, катить его вручную. Вдруг мы заметили силуэт танка. Неужели немецкий? Залегли и подползли ближе. Всё стало ясно: наш герой-танкист вывел горящий танк из боя и лишился сознания. До утра вытаскивали из люка обгоревшего танкиста, потом приходили к нему в медсанбат и видели его уже выздоравливающим.
...Окончила Раиса Ефимовна Новикова Великую Отечественную войну в звании старшего сержанта, и к тому времени уже имела две награды: орден Красной Звезды и медаль "За боевые заслуги". Вспоминает Раиса Ефимовна и самые радостные мгновения - День Победы в Берлине, у рейхстага, где она оставила свою роспись. После войны восстанавливала Берлин, вышла замуж. Здесь же родилась её первая дочь. Сейчас Раиса Ефимовна Новикова живёт на Украине, в городе Запорожье, и лишь мечтает о встрече со своим родным городом Москвой, однополчанами в День Победы. В год 60-летия Победы ей исполнится 80 лет. Несмотря на возраст, Раиса Ефимовна полна оптимизма, душевной щедрости и доброты. Закончила нашу беседу она словами: "Всё можно пережить, но война..."
Она пошла за своей мечтой до конца...
Ирина Шишкина, Азербайджан, 128285
В Баку на центральной площади каждый год 9 Мая собираются участники Великой Отечественной войны. Здесь я познакомилась с женщиной, на груди у которой было очень много медалей и орденов. Её звали Зулейха Сеидмамедова - участница Великой Отечественной войны, лётчица. Я попыталась задать ей несколько вопросов о её жизни.
- Что в Вас вызвало желание стать лётчицей?
- Я с детства любила высоту. Мне нравилось смотреть сверху на плоские крыши домов, на сады и виноградники, на море, отороченное у берега белым кружевом прибоя. И ещё я любила скорость...
Однажды учитель физики организовал экскурсию на Бакинский аэродром. Мы во все глаза глядели на самолёты. Впервые я увидела их так близко - они мне казались удивительно красивыми, непостижимыми. Живые крылатые существа!
- Как отнеслась семья к Вашей мечте стать лётчицей?
- Когда я сказала матери, что хочу стать лётчицей, она испуганно уставилась на меня. Лётчицей?! Этого ещё недоставало...
- Когда Вы в первый раз сели в кабину самолёта?
- Я стала студенткой промыслового факультета Азербайджанского нефтяного института им. Азизбекова. Новые заботы поглотили меня и отодвинули на время мечту об авиации. Но вот однажды во время перерыва в нашу группу пришли Володя Ткаченко, член институтского комитета комсомола, и студент-энергетик Николай Шестопалов и предположили в выходной день организовать нам экскурсию на аэродром. Так я второй раз попала на Бакинский аэродром. Шумной, весёлой гурьбой мы ходили по полю, слушали объяснения лётчиков и техников аэроклуба.
А потом... Потом наступило главное: аэроклубовцы "катали" нас на самолётах "У-2". Подошла моя очередь. Я поставила ногу на крыло самолёта и забралась во вторую кабину. Самолёт набирал высоту.
Помню только странное ощущение: будто что-то оборвалось во мне...
- Ваши ощущения при первом самостоятельном полёте.
- Одна в воздухе! Передо мной не маячит голова инструктора в кожаном шлеме. Инструктор где-то там, внизу, в белом кругу аэродрома. Стоит и волнуется, как сядет Зулейха без его помощи? А мне весело. Я лечу над апшеронской степью, над посёлками, промыслами, садами. Я вижу бескрайнее море. Вижу, как бежит по ниточкам рельсов электричка. Вижу рыбачьи баркасы на синей глади Каспия.
Лечу одна! Мне хочется петь от счастья. Хочется лететь и лететь в голубую даль - я будто слышу её властный зов...
- Ваша первая награда?
- 21 января в 1936 году в Москве был приём в честь 15-летней годовщины Советского Азербайджана. И на этом приёме мне вручили орден "Знак Почёта".
- Я слышала, что во время Великой Отечественной войны Вы служили в женском истребительском полку.
- Да, это именно так. Мы сопровождали самолёты с ценными грузами и летали на задания разного характера.
- Было ли страшно, когда Вы выполняли боевые вылеты?
- Никакого страха мы не испытывали. Поднимаясь в воздух, мы не думали об опасности, а думали только о том, как одолеть врага.
Она пошла за своей мечтой до конца! Такие храбрые, решительные женщины, как Зулейха Сеидмамедова, внесли весомый вклад в победу над фашистской Германией. Но мы не должны забывать, что эта война унесла жизни многих людей.
Память о них навечно останется в наших сердцах!
Крепите мир, завоеванный в жестоких схватках с врагом...
Софья Свиманишвили, Грузия, 128286
Мне посчастливилось жить на одной улице с ветераном Великой Отечественной войны Антониной Михайловной Видющенко.
Встреча с Антониной Михайловной произошла у неё на квартире. Это маленькая и уютная комнатка, которая, судя по фотографиям на стенах, таит в себе память о прошлом.
Меня встретила бодрая, энергичная пожилая женщина, но никак не бабушка. Узнав, что я пришла к ней поговорить о её фронтовой жизни, она разволновалась. Ведь не шутка - 60 лет прошло.
Мы знаем о войне только по книгам, но благодаря Антонине Михайловне я увидела страшную войну глазами самой участницы.
Родилась Антонина Михайловна в 1922 году в Донбассе, на Украине, в семье горняка. Получила среднее образование. В дни каникул ходила на курсы машинисток. У нее много военных наград: медали "За героическую оборону Кавказа", "За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", орден Отечественной войны II степени и другие.
Мне давно хотелось написать о человеке с необычной судьбой.
Итак, моё первое в жизни интервью.
- Уважаемая Антонина Михайловна, расскажите, как началась война у вас на Донбассе?
С начала отступления наших войск от западной границы в Донбассе по приказу правительства начали взрывать шахты, разрушать элеваторы с зерном, увозить оборудование шахт и заводов на Урал, чтобы всё это не оставить врагу. Города опустели. Мужчины уходили на фронт, женщин и детей эвакуировали. Оставшиеся в тылу продолжали работать.
- Как проходила мобилизация в вашем городе?
- В моём городе Красный Луч с июня 1941 года началась мобилизация медицинского персонала и отправка на фронт. А учащиеся 9-10-х классов целыми классами шли в военкомат с просьбой отправить их на фронт. Уходили совсем юные. Многие уже в первые дни войны погибли.
- А что было с Вами?
- Наступил и мой черёд. Офицеры 694-го стрелкового полка набирали среди населения необходимых для службы в полку людей. Я добровольно (родители не знали) пришла в штаб и сказала, что я машинистка. Меня приняли. Я печатала сводки информбюро о событиях на фронте. Вечерами мы доставляли сводки на передовую линию.
- Антонина Михайловна, тяжело было на войне женщинам?
- Я очень мёрзла и однажды обморозила ноги и правую руку. Несколько дней лежала в санбате.
- Вы были ранены?
- Да, в селе Фашевка при разрыве вражеского снаряда меня ранило в руку. По распоряжению начальника штаба отправили в госпиталь.
- Куда вы попали после госпиталя?
- После госпиталя меня в составе роты девчат отправили в Геленджик на учёбу, в объединённую школу учебного отряда Черноморского флота. После четырёх месяцев учёбы мы стали медсёстрами и нас расписали по частям Черноморского флота. О моей службе во флоте есть эпизод в моём стихотворении "Бухта Голубая".
"Голубая Бухта". На причале тихо,
Приглушённый говор, шум, -
Это раненых подвозят
Отправлять в Батум.
Осень. Сеет, сеет мелкий дождь,
Под ногами слякоть, грязь,
Ночь темна, ни зги не видно.
Поздно ночью мы отплыли,
Нас сопровождали боевые катера.
Корабль идёт, узлы мотает,
Третий день уж наступает;
Нас поташнивает, качает,
Морская болезнь одолевает.
Вот гул послышался моторов -
Выследили нас немцы-гады, и
Бомбёжки ужас начался.
- Антонина Михайловна, что же такое война, скажите нашему поколению?
- Война - это разруха, голод, холод. Это и без крыши над головой, это и беженцы, сверхотчаяние и смерть. Война - это смертная битва за жизнь, за независимость и свободу. Это миллионы замученных в концлагерях Польши, Германии и других городах Европы.
- Что вы пожелаете молодому поколению?
- Дорогие наши наследники, наши дети: крепите мир, так тяжко завоеванный в жестоких схватках с лютым врагом.
Уважаемая Антонина Михайловна! Мы низко склоняем голову перед Вами, перед защитниками нашего Отечества, перед могилами павших в борьбе против фашизма 1941-1945 гг. Вечная слава победителям в Великой Отечественной войне! Ещё многое мне рассказала эта пожилая, пережившая ужасы войны, но не сломленная жизнью, женщина. За её плечами долгая и трудная жизнь. Она создала семью. Имеет дочь, зятя, двух внуков и двух правнуков-двойняшек. И самое удивительное то, что она душой молода. И давайте пожелаем ей здоровья и долгих лет счастливой жизни.
И ещё желаю вам мирного неба...
Екатерина Куприянова, Украина, 123937
Вот уже 60 лет отделяют нас от 9 мая 1945 года - дня, когда прозвучали последние залпы Великой Отечественной войны - залпы Победы.
За свою многовековую историю наша страна выдержала немало суровых испытаний. Но ещё ни разу не вставал так остро вопрос о жизни государства, как в тот самый длинный в году июньский день 1941 года.
Никто тогда не мог представить, что впереди еще 1418 военных дней, когда будет решаться судьба не только Родины, но и всего человечества.
День Победы - великий праздник, праздник больших городов и маленьких сёл, праздник миролюбивых сил всей земли, ведь победа в Великой Отечественной войне - это исторический рубеж в судьбах всего человечества, немеркнущий подвиг, совершённый нашим народом, ставшим в те грозные боевые годы в единый солдатский строй - от Баренцева моря до Чёрного.
Сегодня мы встречаемся с Иваном Сергеевичем Малько, ветераном Великой Отечественной войны, Героем Советского Союза.
- Иван Сергеевич, расскажите, за что Вы получили такое высокое звание - Герой Советского Союза?
- Это было в апреле 1945 года. Шли ожесточённые бои. Враг не сдавался. Он был, как волк, загнанный в логово. Фашисты понимали, что каждый их шаг назад - это шаг навстречу смерти. Они подорвали все мосты реки Одер, и советские войска не могли продолжать своё наступление. И нашей 43-й мотострелковой дивизии поставили задачу - переправиться через Одер и атаковать противника. Задача не из лёгких. Как быть? На совет вызвали всех ротных командиров. Приближался светлый праздник - 22 апреля, 75-летие вождя пролетариата, Владимира Ильича Ленина. К этому дню мы должны были выполнить задачу. Кому поручить это почётное задание?
Командир батальона обратился ко мне:
- Гвардии лейтенант Малько, поручаю Вам переправу через Одер. Доложите, как думаете выполнить задание. - Затем сказал тише: - Вы можете отказаться.
Конечно же, я, как и все остальные, не мог думать только о себе, о своём страхе. Я думал только о том, как выполнить задание.
Ширина реки - 250 м. Враг ведёт постоянную стрельбу. Батальоном переправляться нельзя - много людей может погибнуть. Принято решение - переправляется рота. С 18 до 21 апреля по ночам перемещение. Вода холодная (апрель!). Судорога сводит ноги. Нам выдали спирт, чтобы как-то согреться, и такое приспособление, которое солдаты в шутку называли "ангелятами". Это наподобие детского круга с крылышками, которые нам приходилось постоянно надувать. Три ночи в воде - и вот задание выполнено! Мы атаковали вторую траншею противника. Немец организовал контратаку с танками. Контратака отбита. Через 4 дня к нам присоединился уже весь батальон. Немцы кричат: "Капут!!!" Бегут, сдаются в плен. И вот раздалась новая команда: "Остановиться, окопаться!" Это было 3 мая. По соседству были венгры. Мы ходили в гости друг к другу. У них пост охраны при командире роты был из 10 человек, а у нас - всего 1!
Тут нас и застала эта великая новость - Победа! Знаете, радости не было конца. Мы выбежали все на улицу: кто смеялся, кто плакал, кто просто кричал, все обнимались, целовались и поздравляли друг друга. Это был Великий День!
- Какие фильмы о войне Вам нравятся больше всего?
- Мне нравятся все фильмы: "Они сражались за Родину", "А зори здесь тихие", "В бой идут одни старики"... их все я смотрю с удовольствием.
- А Вы боялись смерти?
- Смерти... Конечно, ведь я самый обыкновенный человек. Умирать никто не хочет. Но важно пересилить этот страх, знать, что за тобой - твоя семья: мать, жена, дети. Если я буду спасать свою жизнь, кто спасёт их? Родину? Страх можно перебороть.
- Ваша любимая военная песня?
- Моя любимая военная песня - песня, которую написал наш солдат. Она написана с юмором. Шутка всегда помогала нам.
- Чтобы Вы пожелали нам, своим правнукам?
- Я желаю вам вырасти сильными, крепкими. Любите свою Родину, родителей, свой народ. Хочу быть уверенным, что вы, если понадобится, сможете защитить нас. И ещё желаю вам мирного неба. Будьте счастливы!
Они встретились на войне...
Виктория Кизик, Литва, 133619
Интервью "корреспондента" Виктории Кизик с участниками Великой Отечественной войны Полиной Андреевной Перкусовой и Алексеем Никитовичем Перкусовым (по совместительству бабушкой и дедушкой "корреспондента")
Кор.: Где Вас застало известие о войне?
П.А.: Я закончила 9-й класс в г. Иваново. Поскольку мы все были полны жизненной энергии - учились стрелять, отлично плавали, прыгали с парашютом, - также дружно пошли на курсы медсестёр. Другого варианта мои подруги и я даже не представляли.
Закончив курсы, я с первых дней войны отправилась на фронт в качестве медсестры.
А.Н.: Весть о войне застала меня, деревенского парнишку, в лётном училище г. Кургана, куда я поступил, следуя своей мечте (все мои сверстники тогда были влюблены в небо и самолёты).
Кор.: Где вы служили?
П.А.: Начиная с 1941 года я была в части, принадлежавшей Белорусскому фронту, затем Ленинградскому (Волховскому), в конце войны я служила в отдельной авиаэскадрильи.
А.Н.: По окончании Курганского лётного училища работал инструктором, а потом в 1943 году попал на фронт в составе 62-го гвардейского Лодзинского авиаполка.
Кор.: Приходилось ли вам бывать на передовой и встречаться лицом к лицу со смертью?
П.А.: Да, хотя и не так часто. Я работала медсестрой в санитарном поезде, который формировался под Москвой, а затем отправлялся поближе к передовой, чтобы вывезти раненых.
Кор.: Так фильм о санитарном поезде, поставленный по роману Веры Пановой, это про вас?
П.А.: Конечно, но в реальности всё было грубее, прозаичнее. К смерти привыкнуть невозможно, но, к сожалению, не всех раненых, которых мы вытаскивали с поля боя, нам удавалось довезти до госпиталя. Поезда с красным крестом фашисты часто бомбили. После одной такой бомбёжки в 1943 году я тоже оказалась в госпитале с контузией.
А.Н.: Мне приходилось летать и на передовую, и к партизанам, но я летал не на бомбардировщике, поэтому на передовой бывал не так часто. Что касается смерти, то её можно было встретить на войне в любой момент. Меня пощадила война: я не получил даже ранений, а два моих брата заживо сгорели в танке. Война не обошла стороной ни одну русскую семью.
Кор.: Я слышала, что вам приходилось встречаться с известными людьми? С кем именно?
А.Н.: Я выполнял задание и лишь потом узнал, что в разное время моими пассажирами были: известная артистка кино того времени Валентина Серова, которая летела на фронт к маршалу Рокоссовскому, а также сын Иосифа Сталина - Василий.
Кор.: Какими военными дорогами шли (летели) вы навстречу Победе?
П.А.: Мои пути проходили через территорию России, Прибалтики, Польши, Германии.
А.Н.: Я попал в Берлин через Белоруссию, Украину, Польшу и Германию.
Кор.: Как пересеклись ваши военные маршруты?
А.Н.: В конце войны полк твоей бабули влился в 62-й авиаполк, где я и служил.
Кор.: А как вы познакомились?
П.А.: По фотографии. Снимок, где мы снялись вместе с моей подругой, она показала знакомым лётчикам, и после этого начались ухаживания, песни под гармонь твоего будущего дедушки (хотя я не могу сказать, что песни мне очень нравились).
Кор.: Где вас застала радостная весть об окончании войны?
П.А. и А.Н.: В части под Берлином. Конечно, радости не было границ.
П.А.: Твой дедушка не был бы лихим казаком, если бы не отправился сразу же в Берлин вместе со своим другом и не расписался (для верности царапал ножом) на стене рейхстага.
Кор.: Как сложилась ваша дальнейшая судьба?
А.Н.: Сразу же после войны мы поженились и остались работать в Берлине: поднимать разрушенное авиапредприятие, которое позже назовут "Интерфлюгом". Я работал диспетчером в Германии (ГДР) 10 лет. Затем меня перевели в Литву, где я и проработал 45 лет, начиная с диспетчера, закончил свою карьеру начальником аэропорта.
Кор.: Спасибо большое Вам за интервью, крепкого Вам здоровья.
Вы мои самые мировые бабушка и дедушка!
И я хочу, чтобы об этом знали вce!
Я прикоснулся к войне сердцем
Максим Кречнер, Кыргызстан, 121328
Уже осень. Эту пору называют еще "бабье лето". Листья уже облетели, но еще очень тепло. И совсем не верится, что скоро, совсем скоро зима.
Я иду по маленькой улочке в южной части города. Здесь много садов. Этот год был урожайный, и еще много яблок осталось на деревьях. Как это забавно: листьев почти нет, а на ветках "горят" большие красные яблоки-шары. Залюбовавшись поздними яблоками, я и не заметил, что давно уже стою у нужного дома.
"Молодой человек, а я вас уже жду", - по дорожке сада к калитке шел старик. Я с интересом разглядываю его. Ему за 80, он идет, шаркая ногами. Левая рука лежит на пояснице, наверное, болит спина. Волосы совсем седые, лицо все в морщинках. Но выбрит. И глаза, главное глаза - они совсем молодые. Мне вспомнился дед, умерший 3 года назад. Ему было 80, болело сердце и трудно было ходить. Но он упорно твердил: "Я доживу до 65-летия Победы".
"Наверно, они особые люди - ветераны Великой Отечественной войны", - подумалось мне. Я толкнул калитку и вошел.
Хозяин дома, ветеран войны, Герой Советского Союза Михаил Николаевич Бабкин, ждал меня, чтобы дать интервью для школьный газеты.
Я очень волнуюсь. Эта встреча важна для меня. Передо мной легенда. Великая Отечественная война все дальше уходит в историю. Мы, я и мои сверстники, многое знаем об этой войне, читаем книги, смотрим кино, пишем сочинения. Но все это мы делаем головой, я еще никогда не соприкасался с этой войной сердцем. Мой дед - участник войны. Но он очень редко рассказывал о войне. Награды надевал только раз в году - в День Победы. Но и в этот день, поднимая тост за погибших, он ничего не говорил о самой войне.
После смерти деда я спросил у его друга
- Почему дедушка так мало рассказывал о войне? Он забыл?
- Забыть это нельзя. Война осталась с нами в снах, в фотографиях, в боли старых ран и в новой боли, когда навсегда уходят фронтовые друзья.
- А почему не рассказывал? Наверное, боялся, что его не поймут. Времена-то изменились, - со вздохом ответил друг деда, тоже фронтовик.
Времена другие. И мы другие? А какие мы? Какими были они? В голове всплыло: "Гвозди бы делать из этих людей, не было б в мире тверже гвоздей". Они выдержали, выстояли. Они победили. Герои, титаны? Нет, обычные люди, но они защищали Родину.
Другие времена? Наверное, да, другие, если забыты защитники. Если на рынке шустрые ребята торгуют боевыми наградами. Если мы, пряча глаза, проходим мимо ветерана войны, просящего милостыню на улице.
Я случайно на мусорке рядом с одной из школ нашел удостоверение личности. Маленькая красная книжица. С фотографии смотрит, слегка улыбаясь, молодой человек. А на груди у него - Звезда Героя. Позже выяснилось, что удостоверение не заметили и выбросили, когда в школе решили, что им важнее еще одна классная комната, а не музей Боевой славы.
Мы другие, мы выбрасываем фотографии защитников и забываем свою историю...
Из Кыргызстана на фронт ушло более 360 тысяч человек, погиб каждый третий. 73 человека стали Героями Советского Союза, 21 - полным кавалером ордена Славы. Забыть? 50 миллионов жизней унесла война. Забыть?
Но ведь эти люди шли в бой за нас, за своих внуков. Мы не вправе забывать и предавать их. Прости меня, дед.
И совсем по-другому зазвучали для меня известные слова "Реквиема":
Это надо не мертвым,
Это нужно живым!
И я понял: я должен что-то узнать о человеке, чей документ волею случая оказался у меня, - о Михаиле Николаевиче Бабкине.
И вот он стоит передо мной.
- Здравствуйте, здравствуйте. Проходите. Присядем на веранде. День-то какой выдался, - радушно приглашает хозяин.
Мы уже познакомились по телефону, и потому я сразу прошу:
- Михаил Николаевич, расскажите о себе.
- А что рассказывать. Жизнь как жизнь. Родился я в селе Старая Тойда Воронежской области. В начале 30-х годов с семьей переехали в Киргизию. После школы работал на МТС. Еще в школе интересовался техникой. А вообще мечтал быть летчиком. Да и кто из мальчишек тогда не мечтал быть летчиком. И разве думал, что мечта и война рядом окажутся.
Когда война началась, я уже в армии был. Курсантом школы пилотов в Оренбурге.
Мы в первый же день провели комсомольское собрание. Вы не знаете, небось, что такое комсомол. А для нас он многое значил. И решение на том собрании приняли: всем на фронт проситься.
Но не время нам было. Ребята из моей группы ушли на фронт в начале 1942 года. А меня перевели инструктором в летную школу в городе Фрунзе. Обидно было. Ребята там воюют. Я рапорты постоянно писал. И добился своего. В составе вновь организованного 666-го авиационного полка ушел на фронт летчиком-штурманом.
- Что на войне самое тяжелое было?
- Ждать. Ждать тех, кто на боевом задании.
- Страшно было? Вы боялись?
- Да. Но это не то, о чем ты думаешь. Боялся, что задание не выполню, товарищей подведу. А больше ничего не боялся. Наверное потому, что злость в душе была. Воронеж-то у немцев был. А там родня, друзья детства. Да вообще, как это гад-фашист по моей земле ходит и смерть вокруг сеет.
Михаил Николаевич замолчал. Через минуту заговорил тихо:
- Да нет, помирать раньше времени, конечно, не собирался. Только дурак смерти не боится. Но во время боя о страхе думать недосуг было. Вот так и воевали.
- А можно посмотреть Звезду Героя?
Бабкин ушел в дом, вернулся с деревянной шкатулкой, где, бережно завернутые в бархат, лежали боевые награды. Михаил Николаевич выкладывал их на стол, при этом некоторое время он держал каждый орден на раскрытой ладони, поглаживая его пальцами другой руки. На столе уже лежал орден Ленина, орден Красной Звезды, два ордена Красного Знамени, орден Отечественной войны 1-й степени. И вот она, Золотая Звезда Героя Советского Союза - высшее признание боевых заслуг. За этими наградами сотни боевых вылетов, десятки уничтоженных целей. Каждый вылет приближал победу.
Мы молчали. Мне очень хотелось взять Звезду в руки, но я не решался. Любое прикосновение к ней мне казалось кощунством.
Михаил Николаевич угадал мое желание, взял Звезду и положил ее мне на ладонь.
- Это было на Ленинградском фронте, весной 1944 года, - начал рассказ Бабкин. - Я после ранения служил в 566-м ордена Кутузова штурмовом авиационном полку. Тогда же встретил своего земляка Исмаилбека Таранчиева. 18 марта 1944 года И. Таранчиев погиб. Во время своего последнего полета он своим горящим самолетом протаранил 5 вражеских танков и 3 бензозаправщика. Посмертно был представлен к званию Героя Советского Союза.
Подвиг Таранчиева стал примером для нас. В одном из вылетов наш экипаж разбомбил важный немецкий объект, и нас представили к Герою.
Да, а ты знаешь, на войне случается разное. Указ о награждении Таранчиева был подписан только 5 мая 1991 года. Я об этом в газете прочитал: "Награда нашла героя". А герой-то уже 60 лет как погиб.
- А как первый день Победы отмечали?
- Войну я закончил под Кёнигсбергом. Горячие деньки были. О том, что война закончилась, командир эскадрильи рассказал, вернувшись из штаба. Сначала все замерли. А потом ура кричали и фуражки вверх бросали, обнимали друг друга. Но по-настоящему то, что войны больше нет, я понял ночью: было тихо, а главное, на душе спокойно.
Напоследок я спросил о том, что мучило меня в последнее время.
- Михаил Николаевич, как Вы думаете, а мы сейчас другие? Сможем мы как вы, напрягая силу и волю, выстоять в войне и стать защитниками?
Он внимательно посмотрел на меня.
- Во все времена были защитники, и вы сможете, если есть у вас в душе огонек, который домом называется. А я так думаю дом - это и есть Родина. Но не дай вам Бог воевать и пережить то, что на нашу долю выпало. Пусть с нами война уйдет. А вам память останется.
Прощаясь у калитки, Михаил Николаевич протянул мне большое красное яблоко.
Он сорвал его, когда мы с ним шли от дома.
- На дорожку, - улыбнулся он.
- Спасибо Вам огромное. Будьте здоровы. С Днем Победы Вас, - сказал я.
Яблоко в моих руках как переданная эстафета, как вера в нас - новое поколение. Спасибо, ветераны. Я прикоснулся к войне сердцем.
Лейтенант военных лет
Владислава Иванцова, Туркменистан, 124770
Мой дедушка Борис Яковлевич Момот сейчас живёт во Владимире. Вот что он по моей просьбе написал в письме о своём боевом пути в Великой Отечественной войне.
"В 17 лет ушёл на фронт вместе с Красной Армией и сразу попал в пекло войны. С 6 февраля 1943 года в составе 58-й армии Северо-Кавказского фронта освобождал Кубань. Был ранен и прямо из госпиталя попал на курсы и получил звание - командир взвода автоматчиков, а затем под Тамбовом - младшего лейтенанта.
С июля 1944 года на всех фронтах наши войска громили захватчиков, отбрасывая их с нашей территории. Наконец, я снова на 1-м Прибалтийском фронте под командованием И.Х. Баграмяна. Двигаясь к фронту, мы с грустью смотрели на сожжённые, разрушенные города и сёла. Сколько горя, страданий увидели мы в Белоруссии, Прибалтике! Наши сердца каменели от ненависти к фашистам. Единственное желание было - побыстрее сцепиться с извергами, бить, гнать их с родной земли.
В конце лета силами трёх Прибалтийских фронтов одновременно наносился удар по группировке "Центр", прикрывающей Восточную Пруссию. И немцы, и мы очень нуждались в "языке". И здесь отличился мой взвод. Разведка боем прошла молниеносно и успешно. Мы добыли ценного "языка". За это я получил орден Красной Звезды.
Немецкая группировка разгромлена, и мы, преследуя врага, врываемся в Латвию. Здесь меня ранило, и я снова попал в госпиталь, но очень рвался на фронт. С января 1945 года я вновь в родной части, ведущей бои за освобождение города Клайпеды (Литва). Уже в феврале месяце мы его освободили и вышли к Балтийскому морю и развернули бои на дальних подступах к городу Кёнигсбергу. За освобождение Кёнигсберга я получил второй орден Красной Звезды и звание лейтенанта.
И снова кровопролитные бои уже на вражеской территории. В одном из боёв за город и порт Лиепая был тяжело ранен. И это за 10 дней до Победы!
Только в сентябре 1945 года был выписан из госпиталя и вернулся домой.
Мой друг-фронтовик написал стих, посвятив его мне.
Лейтенанту военных лет
Ночью роту он в атаку поднял.
Закричал: "Вперёд! Не отставать!
И в отчаянье, проснувшись, понял:
Никого теперь уж не поднять!
Сколько лет лежат в земле те парни?
Сколько бы дорог ещё прошли?
Вместе с ним его солдаты
Через смерть к Победе подошли.
Он живой и за всё в ответе.
Он не генерал, не адмирал...
Офицер забылся на рассвете -
В нём не умер прежний лейтенант.
У него, когда над миром тучи,
Много повседневных, неотложных дел.
В память о погибших для живущих -
Сделать всё, что раньше не успел.
После войны, окончив Индустриальный институт в городе Новочеркасске, получил специальность горного инженера. Сегодня очень горжусь, что и я внёс свой вклад в преумножение богатств Родины. Я отдал любимому делу 42 года жизни. Уже после войны Родина наградила меня орденом Отечественной войны 1-й степени и одиннадцатью юбилейными медалями"
Вот что рассказал мой любимый и всё ещё бодрый дедушка Борис Яковлевич.
Прошло уже 60 лет, как отгремели последние залпы Великой Отечественной войны, но раны, нанесённые человечеству, залечиваются и сегодня. Нет ни одной семьи, чьи родные не погибли бы в этой войне. Мои два прадеда покоятся где-о на чужбине, и мы не знаем их могил. Моему дедушке по маме посчастливилось вернуться живым, но искалеченным. И так в каждом доме.
Живых фронтовиков остаётся всё меньше и меньше, и уже они не идут в строю на параде 9 Мая, а занимают почётные места на трибунах. Сердце щемит, когда слушаю фронтовые песни по радио, телевидению, когда дедушка Борис Яковлевич Момот рассказывает о подвигах друзей, скромно умалчивая о своих, хотя у него много орденов и медалей. В школе несколько раз выступал хор "Фронтовые подруги", и мы с бабушкой Любой были очень тронуты их искренним исполнением, да и у многих слушателей стояли слёзы на глазах.
Конечно, мы совсем немного знаем о той страшной войне, которая была навязана человечеству фашизмом и унесла более 20 миллионов жизней, но мои мама и папа, бабушки, дедушки, родные, учителя помогли мне понять, что война уничтожает всё ценное и прекрасное, а главное - человеческие жизни. Мир, прогресс, благополучие... За это и должны бороться люди планеты и навсегда отказаться от насилия, терроризма. У человечества ещё много нерешённых проблем, направленных на созидание, процветание на Земле.
Пусть каждый человек сделает свой вклад в сокровищницу добра, и жизнь будет намного интереснее, стабильнее.
Сегодня любовь и преданность Родине - это прежде всего честность, верность идеалам своих предков, искреннее стремление внести достойный вклад в процветание своего родного края. И выразить это можно в мирной жизни, как в учёбе, так и работе, и не обязательны экстремальные условия.
Сердца ветеранов не стареют. Они и сегодня продолжают оставаться в строю, примером своей жизни зажигают в наших душах искру веры, любви и преданности Родине. Ценой своих жизней наши деды и прадеды завоевали нам счастье мирной жизни, и мы должны быть достойны их светлой памяти.
|
